Лики времени
1 2 3

  Лики времени

Время осчастливлено идеей свободы и возможностью свободы. Однако живётся тяжко. Немилосердная судьба тащится следом и пытается облик свободы исказить гримасой. Медленно, медленно из памяти, будто бы из погружения в небытие, из забвения поднимаются образы Отечества и Свободы и становятся явью.

Вильгельм Михайловский раскрывает драму судьбы и тяжесть судьбы. Время текло по этим лицам как река по камням. Некоторые оно промывало, утоляя жажду, другие подвергало мучениям. Тот - в старчестве - глядит на мир детскими глазами. Тот - в отрочестве - уже запылен и замусорен.

Спустя какое-то время эта книга, возможно, станет "историческим альбомом". Но это потом. А сейчас ещё живо испытующее, взрывчатое наше отношение к этим людям, которых мы здесь видим и которых тем или иным образом избрало наше время.

Для эпохи и для судьбы это одно лишь историческое мгновение. Трагикомичность эпохи. Воспарение и безвыходность. Факты, факты. Всем известные, всеми нами пережитые события. Как ласковое прикосновение. Как наждак.

Вильгельм Михайловский "раздевает" факт, или - в особенности - лицо до такой степени, что иногда кажется неприемлемым. Он стремится показать, как больно время расправляется с жизнью, как неумолимо резец судьбы наносит на лицо каждый прожитый день. Михайловский открывает нам изломы чувств. На его фотографиях структура духа занимает большее место, чем кружевоплетение ощущений. Фотокамера наблюдает факт. Михайловский придаёт ему повышенную выразительность и вес, выделяя из будничности, однако, не оспаривая и не декорируя подлинность факта. С поверхностного и сиюминутного снимается кожура. Случается - против воли самого факта или его "официального" изображения как такового. Так разрушается образ, который человек сам себе придумал. Исчезает на потребу публики "показываемое лицо", улетучивается "официальная" фотография факта. Спор о работах Михайловского время от времени переходил от области эстетики в область цензуры "так нельзя". И эти страницы тоже не репрезентация. Это истина, увиденная Михайловским. В этих лицах, в этих исторических бликах, в бытовых сценах он ищет обобщения - символ, глубинный смысл того, что мы видим, что мы пережили. В этой бытности для Михайловского важно вневременное. Что останется, когда лозунги устареют, волны будничности накроют другие волны, а смерть затянется пологом воспоминаний. Что останется, когда словно в листопад облетит нынешнее время?

Не мельтешение, не легковесная игра со вспышками определяет форму этих фотографий, а чёрное и белое, свет и тень. В них облетает каждому из нас отведённое время. И остаётся самоценность человека, факта, поступка. Или не остаётся ничего.

Латвия в портретах без комментария. Так тоже можно назвать эту книгу о кратком мгновении вечности в малой стране на рубеже 90-х. О времени, которое разбудило память и изменило поступь этой страны в невероятной степени. О чём многие из нас даже во снах не надеялись больше и не грезили. Может быть, поэтому по-настоящему проснулась только память. Дух в полудрёме пытается найти в себе силу. Найти Ведущего к солнцу. В этих лицах, для которых Отечество и Свобода, надо полагать, станут не просто памятником, а образом жизни.

Виктор Авотиньш.

Wilhelm Mikhailovsky ©